Высшие арбитры полны решимости раз и навсегда покончить с застарелой проблемой под названием «неразбериха с применением обеспечительных мер». Она доставляет множество неприятностей как вполне законопослушным, но не поладившим с партнерами фирмам, так и самим судьям. Первые терпят прямые убытки, вторым выносят выговоры и отстраняют от работы. Наконец, все компоненты «лекарства», призванного исправить ситуацию и упорядочить правоприменительную практику, сведены в едином «рецепт», проект которого рассмотрел в конце минувшей недели Президиум ВАС.

В настоящее время недоброжелатель, положивший глаз на какую-либо компанию, действует следующим образом: подает иск (чаще всего «копеечный» и абсолютно надуманный) и требует незамедлительно, еще на стадии подготовки дела к рассмотрению, принять в отношении компании обеспечительные меры (арестовать имущество или заморозить счет, приостановить сделку, запретить голосовать на собрании акционеров и т. д.) Опасаюсь, дескать, что пока будет тянуться процесс, ответчик сокроет имущество. Причем по существующему законодательству судья не обязан истребовать подлинники документов – достаточно ксерокопий. Понятно, что определенная их часть может оказаться «липой». Самая популярная схема захвата чужой собственности строится на запрете голосовать акционеру, владеющему контрольным пакетом. Судья, не разобравшись в ситуации и не почувствовав подвоха, выносит нужное захватчику решение по абсурдному иску. Затем проводится собрание акционеров. По закону на первом собрании нужное рейдеру решение не принимается, поскольку нет кворума. А вот  повторное собрание правомочно принимать решения без кворума. И не сомневайтесь – оно его примет. Например, о присоединении фирмы к другому АО и смене гендиректора. И тогда уж, как говорится, пишите письма. Пишут, конечно, жалуются… На то, чтобы отыграть все назад (отменить решение собрания,  оспорить реорганизацию, ликвидацию юрлиц), в ряде случаев уходят годы и сотни тысяч долларов. В общем, даже если судьи впоследствии докопаются до истины и признают иск необоснованным, а свои действия – ошибочными, жертва такой атаки несет огромные убытки.

Таким образом, судьи оказались меж двух огней: примут они обеспечительные меры или посчитают их излишними, все шишки в конце концов валятся на них. За примерами далеко ходить не надо: не так давно калмыцкий арбитр пошел на поводу у истца, лишив миноритарных владельцев бумаг права голоса при принятии решений и запретив предприятию осуществлять платежи. Последствием этого стало обвинение арбитра по статье 305 Уголовного кодекса – «вынесение заведомо неправосудных судебных актов». В конечном счете все закончилось оправдательным вердиктом, однако нервы арбитру помотали изрядно. Но малой кровью обходится не всегда: в начале лета отправлены в отставку из-за необоснованного принятия обеспечительных мер несколько московских и саратовских судей.

«На Западе тоже есть рейдерство. Но там ни одному судье не придет в голову вынести определение в пользу миноритарного акционера, владеющего всего 0,01 процента акций компании, о применении всевозможных обеспечительных мер в отношении предприятия-ответчика. У нас же могут наложить запрет на проведение собрания акционеров, «связать руки» всем законным руководителям предприятия, с тем чтобы функции управления на какое-то время перешли к захватчикам. А чтобы это определение было исполнено без проволочек, судья дает указание приставам немедленно привести вердикт в исполнение.  Таким образом, фактически любой желающий без особых проблем может стать хозяином какого угодно предприятия», – поясняет член комитета Госдумы по безопасности, глава андирейдерской группы ТПП Геннадий Гудков.

Тише едешь – дальше будешь

В общем, существующее положение вещей «достало» всех.  В рассматриваемом президиумом документе (готовился, кстати, почти год) авторы предлагают служителям Фемиды не торопиться и детально оценивать целесообразность применения обеспечительных мер. Категории дел, по которым могут приниматься обеспечительные меры,  в проекте документа ограничены исключительно имущественными спорами, то есть требованиями, которые «могут быть трансформированы в денежные». Здесь между экспертами разгорелся спор: скептики указывали на то, что с помощью мер имущественного характера не удастся обеспечить интересы отдельных категорий истцов. Например, если компания подаст иск о защите своей деловой репутации после появления в прессе порочащей ее информации и сразу же узнает об очередной статье, которая готовится к публикации, то судья, руководствуясь постановлением пленума, откажет ему в применении обеспечительных мер. Другие считают, что в денежные при желании можно трансформировать любые требования и никакого вреда этот пункт не принесет.

Бурную дискуссию вызвал и вопрос о том, должны ли суды применять обеспечительные меры в отношении будущих доходов. Часть арбитров выступила за то, чтобы у пострадавшей стороны была возможность защитить свои права за счет будущих средств должников. Другие указывали на то, что закрепив такую норму, судьи преподнесут подарок все тем же «черным рейдерам».

Еще один немаловажный аспект:  судам не разрешат принимать обеспечительные меры только на основании встречного обеспечения, предоставленного заявителем, например, банковской гарантии. Смысл встречного обеспечения заключается в том, чтобы покрыть убытки, которые могут возникнуть у ответчика, однако в большинстве случаев эта мера не работает. Ведь сегодня гарантия есть, а завтра, глядишь, уже отозвана. «Встречное обеспечение не может служить единственным основанием для применения мер или отказа в них», – подчеркивается в документе.  Здесь все участники президиума были единодушны.

«Судья должен обосновать, почему он принимает меры, и почему принимает именно эти меры. Если требования истца заведомо  абсурдны, судьи не должны их удовлетворять», – отметил председатель ВАС Антон Иванов. Действия судьи, который не хочет, чтобы ему было мучительно стыдно за вынесенные решения, состоят в следующем: он должен выяснить, понесет ли истец непоправимый ущерб в случае непринятия обеспечительных мер, а также сопоставить ущерб от принятия и непринятия мер. Выдвигалась, кстати, и более радикальная идея – обязать судей сразу оценивать вероятность удовлетворения требований по существу, то есть фактически предсказать будущее. Однако участники обсуждения избавили судей от роли Нострадамусов, посчитав, что в этом случае судей обвинят в предвзятости.

Итог прений таков: документ в целом одобрен, а некоторые нестыковки его разработчики должны устранить до 12 октября, то есть до пленума.